## ## ####
Одной строкой:


Владимир Лабинов: «Я чувствую себя уверенно перед любой молочной аудиторией!»

Бизнес / От первого лица  •  Опубликовано 01.05.2010  •  4990 просмотров
С Владимиром Лабиновым мы встретились в уместной для директора Российского Союза предприятий молочной отрасли обстановке – среди стендов продвинутого молочного дизайна, между молочными упаковками и хай-тек конвейерами – на выставке «Молочная индустрия-2010». Естественно, первым делом мы обсудили нюансы создания молочной экспозиции – родного детища Лабинова и возглавляемого им Союза.


Persona Grata Владимир Витальевич, для вас проведение выставки – не дежурная обязаловка из года в год?
Владимир Лабинов Вовсе нет. Более того, формируя еще первую экспозицию, мы сознательно пошли в пику известной выставке «Продэкспо» – арендовали залы в сроки ее проведения и провели эту выставку в параллельные даты с «Продэкспо». И делали это три года подряд, не уступили. «Продэкспо» сместило свой график в другую сторону. Наша выставка отличается от многих агропромышленных выставок тем, что по своему содержанию она технологически направленная. Если пройдетесь по разделам экспозиции, то поймете, что демонстрации продукции как таковой здесь немного. Да, на центральных стендах присутствует продукция лидеров российского рынка – компаний «Данон» и «Вимм-Билль-Данн», «Юнимилк». Это политическое, имиджевое, присутствие. Остальная экспозиция представляет самые новые решения в области технологии. Это оборудование, упаковочные материалы, маркировочные решения, маркетинговые решения. Выставка рассчитана на контингент специалистов, работающих в молочной промышленности. И мы изначально ставили цель уйти от демонстрации товарного изобилия. Если вспомнить начало перестройки, то все сельхозвыставки или выставки пищевой тематики изначально предполагали демонстрацию широкого ассортимента продукции. Сегодня это не так актуально, вы можете зайти в любой сетевой магазин – увидите постоянно действующую выставку.

Владимир Лабинов: «Я чувствую себя уверенно перед любой молочной аудиторией!»

PG Идеологию определял Российский Союз предприятий молочной отрасли?
В.Л. Да, мы этого достигли на втором-третьем форуме, сегодня это уже восьмая экспозиция.
Наше мероприятие начинено массой сопутствующих событий, здесь проходит 11 конференций, мы провели съезд молочного Союза. В рамках нашего форума проходит самый авторитетный дегустационный конкурс на территории России – это единственный конкурс, который объективно независим. Мы не торгуем медалями, наградами, перечень наших гран-при ограничен, и победителями станут не обязательно наши участники. Не все сюда рвутся, так как знают, что получить приз – шансов немного, а, к сожалению, есть выставки, где гарантированно можно получить заветную медальку, а потом повесить на упаковку. В свое время мы запатентовали свой дизайн – кувшинчик. Этот золотой заветный кувшинчик знают по всей стране, и иметь в своей обойме на этикетке этот кувшинчик хотят все.

PG И все же выставка – это как витрина. А как проходят рабочие будни Союза?
В.Л. Наш приоритет – разработка нормативных отраслевых документов. Раньше это были стандарты. На базе нашего Союза действует технический комитет по стандартизации, его официальный номер 470-й, он называется «молоко и продукты переработки молока». Например, в 2009 году через наш весьма деятельный технический комитет было представлено к подтверждению более 30 национальных стандартов. В последующем, в связи с реформой технического регулирования в стране, мы включились в работу над формированием проекта федерального закона, тогда это был технический регламент. Документ утвержден и действует в стране. Конечно, он принят не абсолютно в нашей редакции – там есть поправки, которые сильно нам мешают, не нравятся нам, но были внесены на финальной стадии властью. Однако на 99 процентов содержание этого документа-труд наших специалистов, это наше детище.

PG Вы имеете в виду какие-то конкретные «поправки»?
В.Л. Речь идет о нашумевшей поправке, которая ввела в оборот понятие «молочный напиток» – это исключительно российское ноу-хау, не имеющее прецедентов в мировой практике. В мировой практике продукты, изготовленные из сухого молока, именуются восстановленным молоком. Так было в Советском Союзе, так было в перестроечные годы, и надеюсь, что рано или поздно эта практика будет возвращена. Этой теме было уделено чрезвычайно высокое внимание общественности и СМИ. Но, к сожалению, пресса чаще всего технический регламент сводит к комментариям «что такое молоко – что такое не-молоко», хотя технический регламент – это документ не из одной сотни страниц, а термин «молочный напиток» – всего пара строчек, поэтому сводить обсуждение технического регламента к одной частности – это неправильно. Было громкое событие, обставленное невежественно. Либо неграмотное. К сожалению, не соответствующее народной практике. Рано или поздно это будет поправлено. Поэтому сама по себе вот эта деятельность по разработке отраслевых документов у нас есть и остается приоритетной. Сейчас мы работаем над поправкой технического регламента по практике правоприменения. Выявлен ряд технических ошибок, ряд неточностей, ряд положений, имеющих возможность двоякого прочтения. Год мы занимались этой работой. Как результат – недавно проект поправок прошел в первом чтении в Госдуме. И я думаю, что в течение весенней сессии эту работу совместно мы должны завершить. Кроме того, есть целый ряд других нормативных документов уровня стандартов предприятий, организаций, методических рекомендаций, направленных на реализацию технического регламента.

PG А с кем приходится бороться?
В.Л. С кем бороться? Бороться с невежеством – с одной стороны, с другой – с достаточно сложной бюрократической системой, сложившейся в исполнительной и законодательной власти Российской Федерации. Наверное, это не особенность нашей деятельности, это общее явление, которое касается всех, не только нас одних.

PG А как складываются отношения с производителями молока?
В.Л. Мы всегда были лояльны к производителям. Не то чтобы лояльны – мы объективно понимаем, что Союз производителей молока – это объективная необходимость, потому что вся молочная промышленность заинтересована в устойчивом развитии основного сырьевого сектора, и мы на протяжении всех лет своей деятельности первыми протягиваем руку к взаимодействию со всеми организовываемыми отраслевыми объединениями производителей молока. Но надо сказать правду: никогда производители молока – сколько бы их ни было, сколько бы ассоциаций ни организовывалось – не проявляли горячего желания объединяться в одну организацию. Поэтому разговоры о том, что Союз должен быть единым, он должен представлять интересы и переработчиков, и производителей,-это тезис хороший, и переработчики всегда шли навстречу этому объединению, но никогда не встречали ответного желания со стороны производителей. И я могу ответить почему. Потому что мы все-таки стоим на позициях, когда нужно говорить о проблемах активно, когда нужно искать поиски решения проблемы, исходя из экономических реалий, а лозунговость, митинговщина или, скажем так, мало чем подкрепленные декларативные пожелания – просто хотим, чтобы было лучше – это не очень перспективно, не очень правильно, хотя вижу и понимаю, что определенная поддержка таким настроениям всегда есть. Потому что, если взять всю цепочку – производство молока, переработку, сферу реализации и сферу оборота, – наверное, объективно видится, что самое слабое звено в этой цепи – сами производители молока. Всегда они выглядят менее защищено, такой образ: представляется, что им тяжелее всего. Поэтому, раз им тяжелее всего, то надо о них заботиться. И раз о них нужно больше всего заботиться, то все пожелания, с их стороны идущие, будут объективными и правильными. Может, отчасти это и так, но этим очень сильно злоупотребляют.

PG Между вами фигурировали магические цифры – 11 и 8. Вы так и не пришли к консенсусу?
В.Л. А консенсус и невозможен-если исходить из объективных реалий, то ситуация будет развиваться независимо от соглашений. Соглашение может быть инструментом нивелирования каких-то резких колебаний. Наши оппоненты хотят иметь фиксированную цену в течение года. Фиксированную не среднюю по стране, сложившуюся в течение года, а зафиксировать максимальную конъюнктурную в данный момент на весь год. Так не бывает. Если вы торгуете помидорами на рынке и понимаете, что они к 8 марта стоят дороже, то совершенно это не гарантия того, что вы зафиксируете эту же цену на весь год. Поэтому желать можно все что угодно, и объективно стремление основываться на таких желаниях понятно-любой бизнес нацелен на извлечение максимальной прибыли, на возможность получения дополнительных средств производства. Но нужно быть реалистом, понимать, что в жизни бывают не только счастливые моменты, но и периоды падения тоже. И пока существует сезонное предложение молока в течение года, сезонные ценовые колебания неизбежны! Для того чтобы сезонных ценовых колебаний не было, надо, чтобы предложение на рынке молока было равно спросу в течение года, а спрос на сырое молоко в летний период ниже, чем в зимний. Вот и все. Поэтому, не преодолев сезонность при производстве молока в России – не в рамках отдельного предприятия или региона, а в рамках рынка в целом, – уйти от сезонных ценовых колебаний на сырое молоко нельзя.
Это – объективная реальность. Мы живем в условиях рынка с 91-го года. До этого мы жили в условиях Госплана, когда цена на молоко была установлена, фиксирована, для всей страны одна, и не менялась в течение года. Тем не менее эта цена не обеспечивала счастья ни одним, ни другим. В условиях стабильной цены, одинаковой в течение года, был колхоз «Путь Ленина», который был рентабельным, а рядом был колхоз «Заветы Ленина», который был нерентабельным. То есть вопрос эффективности первого и неэффективности второго определялся не ценой, стабильной в течение года, а уровнем менеджмента на этом предприятии, уровнем организации технологии производства. И вот, к сожалению, сегодня мы опять переходим больше в плоскость дискуссии о том, какая цена нужна, какая не нужна, цена нужна равномерная в течение года… Она была 70 лет равномерная в течение года! Но не вывела животноводство в России в разряд прогрессивно развивающихся направлений. Вообще, молочное животноводство в условиях РФ – это объективно рентабельная отрасль. Самая большая проблема в молочном животноводстве-то, что в нем до сих пор пренебрегают технологическими аспектами ведения отрасли. Уровень менеджмента в животноводстве до сих пор отстает от необходимого.

Владимир Лабинов: «Я чувствую себя уверенно перед любой молочной аудиторией!»

PG С чем, по-вашему, это связано?
В.Л. С тем, что в России две беды. У нас не хватает компетентных кадров, не хватает социальной инфраструктуры – это о дураках и дорогах, – и у нас не хватает понимания, что именно эти две беды – главные.
Здесь нам пришлось прервать наш диалог – в назначенные 14.00 Владимир Витальевич отправился на ведение круглого стола с белорусами. Собрание проводилось явно не ради галочки – участники высказывались весьма эмоционально. Лабинов соблюдал точный регламент, пресекая на корню все попытки превысить лимит времени или высказать соображения не по теме. Через полтора часа наш разговор продолжился.

PG Каков итог переговоров?
В.Л. С белорусами вопрос сложный, потому что полномочия участников фестиваля ограничены, все реальные решения принимает Минсельхоз белорусской стороны. С нашей стороны тоже существует Минсельхоз РФ, но мы можем формировать предложения, можем вносить их и формулировать. В данном случае важно, чтобы белорусские коллеги услышали наше мнение и уже были бы готовы к решениям, которые будут потом приняты. Это не значит, что наши формулировки будут автоматически согласованы белорусской стороной. Да, будет какой-то торг и диалог, но все, что я предложил, – разумно, объективно, этого требует ситуация. Поэтому, если будет принято все в другой редакции – значит, будет принято неграмотно. В нашей редакции – правильно и на пользу всем.

PG Ход переговоров был весьма оживленным. Всегда так или бывает, что бушуют и гораздо большие страсти?
В.Л. Конечно, страсти всегда есть, эмоции всегда есть. Молочный Союз России – это организация, уже устоявшаяся. Вы заметили, кто был дирижером. Если я берусь за ведение переговоров, я не допускаю митингов и базаров. Стараюсь принимать разумное и стараюсь, чтобы предложения, нами выношенные, находили какое-то решение в конкретных документах.

PG Насколько конструктивные предложения предлагаются с противоположной стороны? И имеют ли смысл переговоры при авторитарном мнении?
В.Л. Меня можно упрекать во всем, только не в этом. У меня нет звездной болезни, и корону я не ношу. Ничего не узурпировал и все толковое, разумное всегда воспринимаю нормально. Просто никому не нравится, когда критикуют. Никому не нравится, когда высказывают мнение, отличное от твоего. Но надо находить в себе разум слушать других! Самое разумное, что сегодня объединяло собравшихся, – это необходимость коррекции, баланса в сторону перераспределения квот по кварталам. Равномерная поставка – это очевидная вещь, которая не подлежит даже обсуждению.

PG Какие конфликты на сегодняшний момент наиболее острые, неразрешимые?
В.Л. Самый большой неразрешимый конфликт состоит только в одном: белорусская молочная продукция – дешевая. Для потребителя это хорошо, для нашего потребителя хорошо. Для рынка – плохо. Дешевая не потому, что так хорошо там работают, а потому, что степень протекционизма на уровне госвласти Белоруссии по отношению к молочному животноводству, к молочной переработке настолько высока, эти две отрасли поддерживаются государством очень мощно и сильно, что это позволяет формировать цену на готовую продукцию совершенно не рыночным способом. И эта продукция всегда дешевле, поэтому создает условия демпинговые, неконкурентной борьбы, она подрывает возможность эффективной работы нашей молочной промышленности. Да, белорусские продукты хорошие по качеству. Есть заводы, выпускающие превосходную продукцию, и если вы опросите потребителей, то у многих оценка белорусской продукции чрезвычайно высокая. Но правдой является и то, что ценообразование этой продукции находится не в сфере рынка. Это несправедливо. Такой же больной темой является тема ценообразования за транзит наших ресурсов. Невольно касаясь молочной темы и входя глубоко в проблематику, мы все равно выходим за рамки межгосударственных и геополитических отношений. Я не являюсь специалистом во второй и третьей областях, понимаю, что решение наших молочных вопросов невольно находится в сферах более широких, и не хотел бы в эту тему вторгаться. Но для нас совершенно очевидно, что демпинг белорусской молочной продукции – это очевидный вред для нашей отечественной молочной промышленности. И поэтому мы – коль я представляю интересы молочной промышленности России – в любом случае должны сформулировать предложения по поводу ограничения этого демпинга. Одним из способов решения является предложенная Минсельхозом Российской Федерации с прошлого года система квотирования поставок молочной продукции из Белоруссии в Россию. И коль система квотирования была принята, наша задача – сформулировать предложения, в которых бы объем этих квот был прописан.
По большому счету, если Белоруссия будет жить по общим правилам, то эффект белорусского чуда несколько размоется. И белорусскому предприятию придется нелегко. Но. Мудрость господина Лукашенко состоит в том, что в Белоруссии под молочное производство и под перерабатывающую промышленность подведена очень мощная реальная техническая база. И это действительно современные, высокооснащенные технологические предприятия, которые способны выпускать конкурентоспособную продукцию. Поэтому шоковую терапию они переживут, может быть, менее болезненно. Но все равно будут ей подвергнуты.

Владимир Лабинов: «Я чувствую себя уверенно перед любой молочной аудиторией!»PG Владимир Витальевич, с чего начинался путь будущего директора Российского Союза предприятий молочной отрасли? Вы окончили Ветеринарную академию?
В.Л. Я вырос в сельской местности. Родина моя – Чувашия. Поселок Ибреси. Родители мои – ветеринарные врачи. У нас огромная династия в роду ветеринарных врачей, в ряду ближайших моих родственников ветеринарных врачей – 45 человек! А я – зоотехник. Один. Я всегда увлекался разведением животных – с детства ставил эксперименты над курочками, над свинками. Мне нравились, допустим, куры с разноцветным оперением, а породистые куры яичного направления – не очень красивые. А вот курочки беспородные внешне гораздо привлекательнее, и среди беспородных часто встречаются курочки с хохолком, когда на шляпочке есть такой красивый хохолок. Более того, у некоторых курочек есть гребешок – широкий и толстый, а есть гребешочки крестовидные. В условиях нашей Чувашии были проблемы такие, когда курочки с крестовидным гребнем обмораживали этот гребень, прогуливаясь зимой в мороз. А курочки с широким, толстым гребнем этой напасти не подвергались. И поэтому я для себя решил, когда был даже не студентом, а 7-8-летним мальчишкой, сделать та к, чтобы все курочки в моем дворе были с широким, толстым гребнем и при этом обязательно хохлатые. И при этом обязательно с красивыми зеркальцами на крыльях! В то время была очень популярная серия книжек «Библиотечка пионера» – и в серии была выпущена книжка «Приусадебное птицеводство». «Знай и умей» – был лозунг этой книжки, и вот все о домашнем птицеводстве. Я прочитал эту книжку взахлеб, что-то понимал, что-то нет. И занялся такими экспериментами над своей домашней птицей – буквально через три года все курочки моего двора были хохлатые, с широкими гребнями, красивые по оперению. Ну, может, яичек там было меньше, продуктивность ниже, но это была не цель, я ставил задачу – получить красивых курочек, которые не мерзнут зимой.

PG Родители поддерживали вас?
В.Л. Скажем так, не мешали реализации моих устремлений. Я могу сказать, что всегда был отличником, но не «ботаником», а отличником-хулиганом. У меня все были пятерки и «два» – по поведению. Я мог сорвать урок, сжечь классный журнал, это все было. Все родительские собрания начинались и заканчивались Лабиновым! Но вот это увлечение практическими селекционными приемами в животноводстве привело меня в Ветеринарную академию на зооинженерный факультет. Впоследствии я защитил кандидатскую диссертацию по специальности «Генетика и разведение сельскохозяйственных животных». Этот вопрос я знаю хорошо. 13 лет работал непосредственно в молочном животноводстве, с очень высокими экономическими показателями. Сейчас работаю в молочной промышленности.

PG Ас животными давно уже не экспериментировали?
В.Л. Так получается, что да. Но мой багаж работы в животноводстве позволяет мне уверенно себя чувствовать перед любой аудиторией молочной – будь то животноводы-зоотехники, руководители сельхозпредприятий или переработчики. Я могу не пасовать перед трудными вопросами, могу ответить на эти вопросы, могу порекомендовать и посоветовать, могу заглушить ненужную полемику.

PG Но это скорее свойства вашего характера?
В.Л. Нет, за этим стоит еще и достаточный профессионализм. В профессиональной среде зоотехников-производителей молока я был чуть ли не звездой. И поэтому сейчас мне по зубам любая молочная аудитория.

PG А вот вся эта выставленная техника, в ней нужно разбираться?
В.Л. Я не отношу себя к специалистам, которые хорошо знают технологию переработки молока. Да, это не моя стезя. Но так случилось, что я сейчас должен решать вопросы, связанные с молочным рынком в целом. Я не могу считать себя глубоким специалистом в сфере переработки молока, но знаний достаточно, чтобы чувствовать себя уверенно в своей позиции. А в вопросах практического животноводства, экономики молочного животноводства, эффективности ведения молочного дела-здесь я не собираюсь никому сдаваться.

PG Вы довольны уровнем кадров как руководитель?
В.Л. Это сложный, тяжелый вопрос. К сожалению, это надо признать: уровень профкомпетенции кадров в органах управления советского периода был выше. Если говорить об уровне квалификации специалистов Минсельхоза СССР или Министерства мясной и молочной промышленности Советского Союза и уровне квалификации кадров сегодняшних, то разница огромная.

PG Это связано с оттоком кадров в другие сферы бизнеса?
В.Л. Нет, это связано с тем, что сегодня рынок позволяет людям, имеющим уверенность и возрастной потенциал, находить себе ниши в коммерческих организациях. Да, надо признать, что уровень компетенции и квалификации профессиональных кадров в коммерческих компаниях выше, чем в органах управления, где компетентные кадры остались либо в преклонном возрасте, либо это кадры, не нуждающиеся ни в чем – как, например, жена при состоявшемся муже. В целом тенденция такова, что компетенция кадров в органах власти значительно ниже, чем раньше.

PG Понятно… Какие же перспективы? Вы не занимаетесь обучением кадров? Вы занимаетесь насущными проблемами?
В.Л. Понимаете как. У нас есть своя уставная деятельность. Я всегда привожу такой пример: если мы с вами вместе скооперировались в какой-то дачный кооператив, вот вы – моя соседка, а вот мой сосед, и вот мы решили дорогу перед нашими участками заасфальтировать. Мы для этого наняли «КАМАЗ» с щебенкой, сложили, положили – и перед нашими участками стало меньше грязи. Это не значит, что мы обязаны сделать это всем, кто этого не хочет. Часто к людям, которые что-то сделали, приходят и говорят: «А мне?». Но для этого тоже нужны средства, которые мы уже вложили, нужно нанять тот же «КАМАЗ» и сделать так же. И вот, к сожалению, мы, с одной стороны, объединяем прогрессивных представителей промышленности, с другой – делаем работу в интересах всей отрасли, но желающих ничего не делать и пользоваться трудами тоже много. В любом случае они будут пользоваться – хотя бы потому, что мы делаем нормативные документы для всей отрасли, и какие-то решения, которые с нашей подачи власть принимает, – они отраслевые.
Дарья Хренова
Еженедельный мониторинг стоимости свинины в живом весе (на 17.11.2015)
Регион РФ Цена, руб./кг Изм. в руб.
Курская область 94.00 0,00
Белгородская область 93,0 0,00
Воронежская область 95.00 0,00
Пензенская область 98.00 0,00
Республика Мордовия 104,00 0,00
Республика Татарстан 105,00 0,00